Читать книгу - "История римских императоров от Августа до Константина. Том 5 От Веспасиана до Нервы (69–98 гг. н.э.) - Жан-Батист Кревье"

он заслужил почести, на которые давало ему право знатное происхождение, и стал ординарным консулом при Домициане. После консульства он, по-видимому, удалился в Испанию, поскольку оттуда Домициан вызвал его, чтобы поставить во главе легионов Нижней Германии. На этом посту, одном из самых почетных в государстве, он придерживался тех же принципов, что и будучи простым трибуном: те же упражнения, та же стойкость в перенесении тягот войны, та же обходительность со всеми – без ущерба для твердости и авторитета командования. Именно это и порекомендовало его Нерве, с которым он, как я уже говорил, не был связан ни родством, ни близкой дружбой.

Великие качества души сочетались в Траяне с телесными достоинствами [13]: крепким здоровьем, высоким ростом, величественной и благородной осанкой, зрелым возрастом, который, однако, ещё не отягощался недугами старости, хотя седина в волосах уже придавала ему почтенный вид; на тот момент ему было около сорока лет.

Нерва, остановившись на выборе, который подсказывала ему любовь к общественному благу, воспользовался известием о победе римского оружия в Паннонии. Добавив к своим именам титул «Германик», он поднялся на Капитолий, чтобы принести Юпитеру лавровую ветвь, присланную ему как символ победы; и перед собравшимся на церемонию народом объявил, что усыновляет Траяна. Затем, явившись в сенат, он разделил с приёмным сыном все свои права, даровал ему титулы Цезаря, Германика, императора и передал трибунскую власть. Таким образом, он назначил себе не столько преемника, сколько соправителя.

Это избрание представляет собой редкий и совершенный пример с обеих сторон. Нерва руководствовался лишь интересами империи, а Траян был так далёк от стремления занять высший пост в мире, что даже не знал о происходящем в Риме и оказался сыном императора и соправителем, не успев об этом подумать. Известие об усыновлении он получил в Кёльне, и главной его радостью была возможность исправить бедствия, сделавшие это усыновление необходимым. Одно лишь его имя мгновенно подавило мятеж и восстановило спокойствие в городе, а его решительность завершила дело, отомстив за оскорбление императорского достоинства. Нерва потребовал этой мести в письме, написанном собственной рукой, где привёл стих из Гомера, взятый из молитвы Хриса к Аполлону: «Да греки стрелами твоими заплатят за слёзы, что я пролил» [14]. Траян вызвал к себе Касперия Элиана и других зачинщиков беспорядков и избавил государство от них, казнив или отправив в изгнание.

Усыновление Траяна стало последним значительным деянием правления Нервы. Он не отрёкся от власти, но передал все заботы о ней достойному преемнику, которого избрал, и наслаждался покоем, в котором нуждались его возраст и здоровье. Он прожил так ещё три месяца, после чего, разгневавшись на Регула (который слишком часто давал для этого повод), заболел лихорадкой и умер в конце января, будучи консулом в четвёртый раз вместе с Траяном, который был консулом во второй раз. Он правил немногим более шестнадцати месяцев и прожил семьдесят два года.

Он стал первым императором неиталийского происхождения. Его семья была с Крита, но получила римское гражданство как минимум со времён его прадеда, который пользовался особой дружбой Августа. Сам он родился в Нарни, в Умбрии; будучи сыном, внуком и правнуком консулов, он и сам дважды становился консулом до достижения императорской власти. Он любил поэзию и, если верить Марциалу, преуспел в ней. Вероятно, этот вкус снискал ему дружбу Нерона, при котором он получил триумфальные отличия, будучи ещё только назначенным претором. Его упрекали в неумеренном употреблении вина, а репутация в отношении нравов становится сомнительной из-за подозрений, о которых мы упомянули, говоря о развращённости первых лет правления Домициана.

Примечания:

[1] ФИЛОСТРАТ, «Жизнь софистов», I, 7.

[2] Я следую Евтропию и святому Иерониму, хотя Дион и Виктор указывают, что Нерва прожил один – шестьдесят пять, другой – шестьдесят три года. А мой довод в том, что расчет Евтропия лучше согласуется со словами Плиния, который всегда говорит об императоре Нерве как о старике, как о правителе весьма преклонных лет.

[3] ТАЦИТ, «Агрикола», 3.

[4] Г-н де Тиллемон иначе понимает слова Плиния: non sine magnis dubiisque rumoribus. По его мнению, смысл в том, что опасались волнений со стороны наместника Сирии. Я охотно подчинился бы авторитету этого великого человека, но толкование, которому я последовал, кажется мне более простым и естественным.

[5] ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ, «Письма», IV, 22.

[6] ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ, «Письма», X, 66.

[7] Кокцей Нерва, который уморил себя голодом при Тиберии.

[8] ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ, «Письма», II, 1.

[9] ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ, «Письма», IX, 19.

[10] ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ, «Письма», VI, 10.

[11] Севилья (Бетика).

[12] Гвадалквивир.

[13] ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ, «Панегирик», 4.

[14] ГОМЕР, «Илиада», I, 42.